Беляев Игорь Аркадьевич

653

Игорь Аркадьевич Беляев потомственный строитель, прошел все ступеньки строительного производства от мастера до начальника стройки. Будучи начальником управления Минсредмаша был заместителем руководителя МСМ в Чернобыле. 60 дней выполнял обязанности члена Правительственной комиссии 2-ой вахтовой смены в 1986 году. Доктор технических наук, заслуженный строитель России, имеет звание «Почетного строителя Москвы, Московской области и Украины», академик Международной академии информационных наук. За труды по монолитному бетону и за внедрение этого метода в России удостоен серебряной медали ВДНХ. Автор нескольких книг о ликвидации последствий техногенной катастрофы на ЧАЭС, одна из которых особенно популярна у читателей — «Бетон марки «Средмаш». Вот так приблизительно кратко рассказывает Игорь Аркадьевич о себе в своих книгах. Но я попросила его рассказать о своей жизни более подробно, услышала много интересного и поняла, где он приобрел такой опыт строителя, что его направляли на самые ответственные стройки нашего министерства.

«Родился я 9 мая 1939 года в Москве в семье строителей, — рассказал Игорь Аркадьевич. — Меня воспитывал дед Беляев Иван Яковлевич и бабушка Ефросинья Дмитриевна. Дед — профессиональный строитель, с девяти лет работал в Москве на стройке, участвовал в строительстве первого высотного 8-этажного кирпичного здания на Садово-Спасской улице дом 19 по французскому проекту, с французским лифтом, печным отоплением, черным ходом и грузовым лифтом для подачи из подвала дров. Деду после окончания строительства дали комнату на 8 этаже в квартире № 30, не зная, что дата 9 мая будет священной для нашего народа.

Себя начал помнить с первой воздушной тревоги 1941 года. Пять лет войны для меня пролетели как одно мгновение. В памяти остались лишь несколько моментов. На улице мороз, пацаны на деревянных коньках в валенках металлическими крюками на ходу ухватывают с машин вилки капусты. Бабушка идет с полной авоськой капустных листьев. Помню, пришли к нам с обыском. Я за маленьким столиком, у меня юбилейный рубль. Мужик спрашивает, а много их у меня. Остались с дедом одни. Утром бутылка кефира и несколько кусков хлеба, банка со столярным клеем, старые журналы с картинками и так до вечера. Темно, свет зажечь не могу — мал ростом, сижу на окне и смотрю на дверь, жду прихода деда с работы. Он работал в Кремле, иногда приносил домой немного старого паркета, тогда засыпали в блаженном тепле. Хорошо запомнился 1945 год. По Садовому кольцу ведут пленных немцев. Постелив одеяло, мы лежим на оконном проеме. Из окон на них летит все, народ срывал свою обиду и боль утрат.

В школе увлекался волейболом, тренировался в обществе «Локомотив», получил 1-ый спортивный разряд. После школы поступил в строительный техникум, получил профессию техника-строителя. Затем служба в армии на Крайнем Севере в строительных войсках. 2,5 года строили казармы, бетонный завод, дороги через болота и лес. Здесь зародился у меня интерес к монолиту. После армии снова Москва. Поступил в МИСИ, чтобы жить достойно, перевелся на вечерний факультет. Поступил на работу мастером в Первый строительно-монтажный трест, где проработал почти пять лет в таком режиме: объект — институт, из дома в 6 утра, домой в 11 вечера, обед — пирожки и чай. В 1967 кончил институт, женился. Работал уже старшим прорабом. Первая стройка в этой должности — лабораторный корпус на развилке Каширского и Варшавского шоссе.

С 1968 год начальник участка: строительство корпусов ФИАН им. Лебедева, административное здание для Минхимпрома, барокамера Первого медицинского института, знакомство со Е. П. Славский и А. Н. Усановым, защита второй части полукольца синхрофазотрона. День и ночь бетон и плазменная резка. Забыли про сон, но уложились в срок. 1973 год — главный инженер СМУ-4: реконструкция стадиона Динамо, спортзал на улице Лавочкина, спортивный комплекс «Октябрь». 1975 год — начальник СМУ-3: строительство хранилища радиоактивных отходов в Загорске, НИИ для академика Овчинникова и многое другое. В 1976 году направили в Казахстан, в г. Шевченко, где работал заместителем главного инженера Прикаспийского управления строительства, строили завод пластических масс. Впервые докладывал на Политбюро в Кремле. Кое-что попросил, но сразу «дали по ушам», хотя все просьбы потом были выполнены. Сдали в намеченные сроки. Назначен главным инженером. Вдохнул новую жизнь в строительство жилья — монтаж с колес. Организовал диспетчерскую службу. Это было ново даже для Союза. Сдача домов на 18-20 дней раньше срока, чистые площадки, качество ж. б. изделий. Впервые в стране выполнен купол высотой 13 м, диаметром 36,5 м по низу и 7,6 м по верхнему кольцу, толщиной 180 мм методом мокрого торкретирования. За эту работу получил Грамоту Госстроя СССР. Метод запатентовали.

27 сентября 1981 Е. П. Славский дал согласие на мой перевод в Москву на должность заместителя главного инженера 11 ГУ, а в январе 1983 года назначил меня начальником ХОЗУ и поручил мне выполнять социальную программу министерства: жилье, пионерлагерь и т. д. ХОЗУ — ГСПУ напрямую подчинялось министру. Это и хорошо и одновременно очень ответственно. За 16 лет работы в министерстве при мне сменилось 5 министров (Е. П. Славский, Л. Д. Рябев, В. Ф. Коновалов, В. Н. Михайлов, Е. О. Адамов).

Чернобыль, май 1986 год. Мощное Минэнерго с сильнейшей строительной организацией растерялось, они просто были далеки от атомной проблемы. М. С. Горбачев, боясь международного скандала, решился поручить ликвидацию аварии на ЧАЭС Минсредмашу и поставил практически невыполнимую задачу: окончание работ в 1986 году. МСМ задачу выполнило. Только цена этой задачи стоило здоровья и жизни многим специалистам. Пролечившись, как и многие в 6-ой клинике, я снова в строю. За работу в Чернобыле получил звания «Заслуженный строитель РСФСР» и «Почетный строитель Украины».

Спитак-Кировакан, декабрь 1988 года — землетрясение семь с лишним баллов. Назначен заместителем председателя комиссии от министерства по восстановлению города. Нам поручили строительство 20 домов, 3 детских садов. Два дома привезли из Навои, но поняли, что долго и нерационально.
А. Н. Усанов согласился на монолит, и я отправился в Новосибирск к Евдокимову, где на собрании коллектива попросил изготовить пять комплектов опалубки за 10 дней. Через 15 дней опалубка была в Кировакане. Лучшие строители МСМ участвовали в восстановлении города. Из наших домов люди не выезжали даже при повторном землетрясении. Затем был Арзамас, где после взрыва состава с взрывчатыми веществами восстанавливали город и построили четыре дома за шесть месяцев на 700 квартир. Получил Правительственную благодарность. Было еще много других работ, но сказался Чернобыль и работу пришлось оставить».

В 2001 году Игорь Аркадьевич перенес серьезную операцию. После 4-х лет реабилитации продолжает писать книги о Чернобыле, участвует в работе Чернобыльских организаций. Председатель общественной организации, объединяющей чернобыльцев бывшего Минсредмаша, теперь Росатома ОО «Чернобыль-Атом». Рядом с ним его верная спутница Нина Александровна, двое сыновей и трое внуков, которые ему, конечно, помогают и поддерживают во всех начинаниях, особенно когда требуется компьютерная помощь в его литературном творчестве.